Если вы выросли на умной голливудской фантастике 1980-х и 1990-х, то свою долю удовольствия, если не от содержания, то от вайба фильма, вы гарантированно получите
Полтора часа мы наблюдаем за превращением неприятного протагониста в монструозного антагониста. Где здесь драма — непонятно, потому что этот герой с самого начала вызывает в лучшем случае неприязнь.
Чуда не произошло: нет никакого фильма, который был бы похож на большой взрыв. При всем желании не могут 700 часов материала взять и смонтироваться в полноценное кино, которое не будет не вызывать ощущения случайности происходящего на экране.
Даже самый идеальный в мире пастиш — это все еще пастиш. Трудно почувствовать искренние эмоции, когда все находки и повороты фильма проглядываются за версту, а эстетические решения и гэги кажутся выведенными из пробирки.
Положение не слишком спасают как попытки придать ленте пышности с помощью хилых дрожжей буффонады, так и достойное выступление Журавлева в двойной роли — и даже традиционно завораживающие пейзажи. Однако у «Колобка» все равно обнаруживается...
Прежде франшиза уже экспериментировала с форматом и относительно успешно перебиралась в трехмерное пространство, но здесь впервые зашла на территорию игрового кино — и, откровенно говоря, посыпалась.
Это кино — вакцина Рефном, лабораторный концентрат узнаваемого с двух нот и трех мизансцен авторского стиля, во время поглощения которого не покидает чувство, что все это снял не сам режиссер, а дочь, ассистент или скрипт-супервайзер. Получилась...
Режиссер Феде Альварес, которого после «Чужого-7», «Зловещих мертвецов-4» и самой бесполезной версии «Девушки с татуировкой дракона» впору обзывать «королем ремейков»
Йоханнссон провел месяц, снимая эти «споменики» (что на сербско-хорватском языке как раз и означает «памятники»), которые чтят память об убитых в концлагерях и на месте других массовых преступлений эпохи Броз Тито.
Другой вопрос в том, как все это выглядит в зале с не лучшим 3D-оборудованием и тусклым проектором, ведь тогда его достоинства будут несколько сублимированы.
Зимой 1934 года знаменитый бельгийский детектив Эркюль Пуаро (Кеннет Брана) приплывает в Стамбул, чтобы там отдохнуть, но дела срочно зовут его в Лондон — и он по знакомству получает верхнюю полку в переполненном Восточном экспрессе.
У содерберговских опусов про Фрэнка Оушена и его друзей был всего один существенный недостаток: если в мире и жил когда-либо зритель, который смел отождествлять себя с героями этих фильмов, то он явно тратил все свое время на толкание в списках Forbes и на съемки собственного кино, а не на походы кино.
Это еще удивительнее, если учесть, что предыдущая работа Action Forms — довольно глупая вариация на тему «Острова доктора Моро» с озвучившим главного героя Никитой Джигурдой;
Комментарии